Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Отчуждение – 7

Слушатель из зала: Отчуждение – оно же просто отчуждение в пользу кого-то. Если в обществе потребления труд убирается, а насаждается наслаждение, животные потребности... Можно вспомнить Шекспира, в «Гамлете», что человек, когда желания еда да сон, животное, не более. Вопрос как бы, в человеке же есть разное, в человеке есть животное, над которым есть человеческое, которое сдерживает. Если человеческое отчуждается, то в пользу кого?..

Collapse )

Отчуждение – 5

Высоков: Блок в стихотворении "Как тяжко мервецу среди людей..." со своей потрясающей тонкостью в этом быту, петербургском деловом быту начала XX века (это стихотворение 1920 года) он наблюдает буквально с такими тактильными подробностями, можно сказать.


Я хочу закончить репликой о том, что отчуждение явилось болезнью классического гуманизма. То есть то, что мы здесь обсуждаем, когда мы сказали «новое время», мы обсуждаем классический гуманизм. И, в конце концов, в произведении «Записки из подполья» Достоевского в том числе, что обсуждается, как не отчуждение? Что, как не отчуждение, приводит к тому, что герой этого произведения проваливается в эту бездну самопоедания или греха — как кому больше нравится. Вот эта оторванность человека от его сущности, потеря себя как следствие дезориентации в мире. Потеря пути. Мы поставили проблему. И я как бы не случайно здесь ввел понятие греха, потому что мне кажется, что отчуждение и является одной из главных причин того, что называют грехом. Я здесь употребляю понятие греха в религиозном контексте, пытаясь его как бы взять в светском контексте. И здесь вопрос о возможностях преодоления отчуждения встает с предельной остротой, потому что оказывается, что если мы его преодолеваем, то мы получаем хорошие шансы на преодоление греха, что является, в общем-то, принципиальной целью той культуры, в которой мы существуем. Здесь есть моменты, мне кажется, связанные, Алексей Иванович, с тем, о чем вы написали не в одной статье. Поэтому я хочу, чтобы вы это как-то прокомментировали эту проблему, может быть, с выходом на ее разрешение, а потом можно перейти к дальнейшим моментам.

Продолжение следует

Стенограмма встречи интеллектуального клуба "Прометей" (МИИТ) 17 октября. Тема: "Понятие об отчуждении в мировой философии". Ведущие: Юрий Высоков, Алексей Болдырев.


Латакия

Я человек, на базе ли, в атаке я.
Как дача ваша мне далекая Латакия…
Мы здесь живем. Купаться ночью ходим.
Едим и пьем. И в небо смотрим перед боем.

Сидим. Играем в карты перед вылетом.
А там, в России, за горами, люди, вы ли там?
Живые ли про нас глядите в телевизоре
или безгрудые, без глаз – сплошные призраки?

Collapse )

Орфическая метафизика и ее политическая реализация: мойра и Ананке


Продолжим чтение Томсона: «…в этот период, когда уничтожались последние следы племенного общества, возникает бок о бок с Мойрой орфическая фигура Ананке. Это слово обычно переводят как необходимость, и со многими контекстами этот перевод довольно хорошо согласуется, но его действительное значение более конкретно – «принуждение» или «насилие». В литературе Ананке появляется впервые в писаниях Гераклита и Парменида, которые оба были подвержены влиянию орфизма. Гераклит соединяет Ананке и Мойру вместе как сущности, фактически тождественные
Во всей греческой литературе, начиная с Гомера, понятия «принуждения» и «рабства» были тесно связаны, причем первое из них постоянно применялось для обозначения как состояния рабства и тяжелого труда, так и пыток, которым подвергались рабы. Вид рабов, запряженных для перевозок или в цепях, надрывающихся над тяжелой работой под бичом, вызывает представление о ярме или стаде быков, и поэтому «ярмо» – это метафора, по традиции связываемая с обоими понятиями. В одном орфическом изображении преисподней мы видим, как осужденный грешник, Сизиф, закатывает в гору свой камень, в то время как над ним с бичом в руке стоит надсмотрщица над рабами – Ананке. Ананке представляет тот принцип, что работающие члены общества не имеют права на какую-либо долю продукта своего труда, кроме минимума, необходимого для поддержания их способности трудиться. Став Ананке, Мойра превратилась в свою противоположность»[1].
Collapse )



[1] Томсон Д. Первые философы. М., Издательство иностранной литературы, 1959. С. 229.

Без паинек и циников!


Этот текст написан в 2012 г. под впечатлением цикла передач «Суть времени». Он представляет собой некий эмоциональный слепок с этих передач. Когда я его перечитал, то понял, что что-то важное, какой-то нерв оказался здесь зафиксирован. В этом тексте – большие обобщения. Это картина, написанная широкими мазками. Может быть, даже некий творческий манифест. Что-то я бы сейчас отредактировал, но решил оставить все как есть ради того самого нерва. Который, как мне кажется, не потерял актуальности.

Collapse )

Привычка свыше нам дана?

Одна моя студентка сказала, что Россия не подходит для капитализма. Сослалась на своего отца, который с кем-то обсуждал эту тему, работая в Германии. То же самое мне говорили десятки людей. И тем не менее мы живем в капиталистической стране.

Collapse )

На чем вертится мир?

DSC_2186.jpg
Демонтаж проекта «модерн», предполагающий отказ от традиционных ценностей, классического капитализма и национальных государств — это нерв эпохи. К такому выводу пришли участники заседания интеллектуального клуба МГУ «Компас» после обсуждения доклада «Актуальные модели, описывающие современные мироустроительные процессы» 29 марта.

В докладе были рассмотрены модель Хантингтона, модель Фукуямы и модель Экспериментального творческого центра. Первая говорит о столкновении цивилизаций, вторая провозглашает конец Истории под знаменем победившего либерализма, а третья — рассматривает столкновение проектов: постмодерна, орудием которого является архаизация (контрмодерн), и модерна, несущего в себе возможность сверхмодерна.

Collapse )

Майдан в головах (13 вызовов – доклад на клубе «Компас»)

Когда компания сваливается в загул, она гонит того, кто этого делать не хочет и тем более того, кто мешает. Глобальная компания сваливается в загул расчеловечивания. Человечество превращают в человейник, где гауляйтеры оптимизации – идеологической, культурной, политической, общественной – будут надзирать за стадом оптимизируемых.

Это первый и главный вызов для России, которую как самую ретивую будут оптимизировать насмерть.

При этом Россия сама – гулящая компания. Ее загул – загул периода первоначального накопления, загул криминальной буржуазности. Криминально-буржуазный класс, что закономерно, не разворачивает идеологию, политику, экономику, даже армию, несмотря на все ее успехи, не разворачивает культуру и дух для отпора силам, рвущимся уничтожить страну. Итак, ситуация застревания в криминальной буржуазности – вызов номер два.

Эта ситуация усугубляется тем, что гражданское общество – имунная системы страны – слабое. Растерянность патриотических гражданских сил в начале болотно-сахаровских событий в другой, более жесткой ситуации, может стать фатальной. Она и стала фатальной в ситуации со Стрелковым, когда неразборчивость, неспособность видеть, что происходит (а происходила вопиющая по своей наглости сдача национальных интересов России), почти привела к сдаче национальных интересов в Донбассе. Если бы это поражение состоялось, наше положение сегодня было бы куда менее радужным. Неоформленность гражданского общества, отсутствие у него способности консолидироваться перед лицом очевидной опасности – это третий вызов.

В такой ситуации противостоять майдану в головах, цель которого — обнулить текущие оборонные и дипломатические достижения России, становится особенно трудно. Майдан в головах – четвертый вызов.

Продолжение будет

Кафе-лавка Артемия Лебедева

Вчера заходил в кафе-лавку Артемия Лебедева на Большой Никитской (напротив храма, где Пушкин венчался) и был потрясен обстановкой.

Там собираются Люди Будущего: умные, внимательные, как кошки, современные до мозга костей. В основном, видимо, журналисты и люди творческих профессий. Но как они разговаривают, как разговаривают! В речи каждого слышны ритм, цель и даже какая-то мелодия. Они сидели за столиками впритирку (места в кафе очень мало) и вдумчиво разговаривали, а мне казалось - танцевали.

Чуткие, с мягким, из-под солнышка, взглядом глаза молодых людей. Тонкая мимика, жесты. Знание книг, знание того, что все в мире относительно и на все можно посмотреть со многих точек зрения. Эллинское уважение к собеседнику. Хорошие очки, интеллигентный кофе, тортики. Мысли, взаимопопадание тончайших, современных чувств.

Это люди, наделенные настоящей и неотъемлемой Свободой. Это Личности. Таких можно встретить в Сорбонне, в Кембридже, в Гарварде. У нас пока - редчайший вид.

Мне казалось, я на склоне Олимпа - среди правнуков Зевса, Гефеста, Афины...

Мне стало не по себе, я почувствовал себя варваром, пришедшим разорять вековой покой Эллады. У меня не было таланта поддержать их беседу (пение, танец, камлание).

Я взял киш с брынзой - с собой - и вышел. Сердце отчаянно стучало. Да, это архитекторы будущих столетий. Боги новых веков. Им принадлежит мир.